Версия для печати Отправить по e-mail
17.04.2013 | 20:40

«За категориями нужно видеть конкретных людей»

Почему люди становятся зависимыми? Чем таким людям может помочь государство? Об этом - и о многом другом - рассказывает член Совета Санкт-Петербургской Региональной общественной организации "Мастерская свободы" Алексей Лахов.

Эксперты расходятся во мнениях о причинах и методах лечения алкоголизма и наркомании. О том, что формирует зависимости, какой должна быть идеальная программа реабилитации и что может сделать государство для помощи зависимым людям, рассказал член Совета Санкт-Петербургской Региональной общественной организации "Мастерская свободы", автор ряда печатных и интернет-публикаций о зависимости и выздоровлении Алексей Лахов.

- Алексей, расскажите, пожалуйста, о той общественной деятельности, которой занимается ваша организация. Как вы помогаете зависимым людям?

- Как правило, к нам обращаются люди, для которых употребление уже стало проблемой, которые начинают постепенно замечать последствия своего употребления: разрушенное здоровье, хаос в социуме (когда ты понимаешь, что без дозы или без выпивки на работу уже совсем не хочется ехать, потому что без химических веществ смысл в этой работе теряется полностью), проблемы в отношениях в семье. Однако мало кто из наркоманов и алкоголиков, которые к нам приходят, имеют твердое желание избавиться от этой проблемы. Они все-таки ищут какие-то отступные пути. Ведь для наркомана или алкоголика свойственно отрицание своей проблемы или степени тяжести этой проблемы. Или же они склонны обвинять других людей в том, что это происходит с ними. 

Среди волонтеров нашей организации есть выздоравливающие зависимые, которые научились не просто жить без наркотиков, но и круто изменили свою жизнь по сравнению с той, что вели в употреблении. Это – один из главных аспектов нашей работы, когда наши волонтеры делятся с другими зависимыми собственным опытом выздоровления.

Кроме того, мы рассказываем об эффективных методах лечения и реабилитации. Если говорить о лечении, то это, конечно, детоксикация. Если говорить о реабилитации, то самый эффективный метод, на наш взгляд, – это так называемая «Миннесотская модель», представляющая собой совокупность нескольких методик, в том числе - 12-шаговой программы выздоровления, и включающая в себя обязательное посещение групп самопомощи «Анонимные Алкоголики и Анонимные Наркоманы».

- Вы регулярно взаимодействуете с людьми, злоупотребляющими алкоголем или наркотиками. А что вообще толкает этих людей на употребление?

- На мой взгляд, одна из основных причин, по которой люди начинают употреблять наркотики, - это неадекватная самооценка. Из чего именно формируется эта неадекватная самооценка, лучше спрашивать у психиатров и психологов. Но рискну предположить, что из ряда факторов - как биологических, личностных, социальных, так и семейных. Свое влияние может оказать даже общее благополучие или, наоборот, неблагополучие государства в тот конкретный момент, когда человек начал употреблять или попробовал наркотики. Но все равно - во многом это зависит от личностных характеристик. Потому что есть люди, которые, наоборот, воспримут тот негатив, который творится вокруг, как толчок к развитию.  Кроме того, нужно помнить, что есть наркоманы, а есть те, кто употребляет наркотики в рекреационных целях, так это называется. Наркоман – это не просто человек, который употребляет наркотики. Это человек, который зависит от наркотиков, который не способен контролировать свое употребление, который потерял контроль над употреблением, и вся его личность, все его мысли, интересы связаны уже с наркотиками. Грань здесь очень тонкая, но об этом необходимо помнить, например, при разработке закона о введении уголовной ответственности за систематическое употребление наркотиков.

- Какую роль может – или должно – играть государство в решении проблемы наркомании и алкоголизма?

- Если мы говорим, что государство берет на себя заботу о своих гражданах и становится для них чуть ли не семьей, так и, наверное, нужно и вести себя как в семье. Сейчас государство у нас выступает в роли жесткой семьи, которая живет по вполне определенным правилам и законам. И это нужно и важно. Но здесь, на мой взгляд, нужно и еще кое-что: больше говорить с людьми как с людьми. Не просто как со статистическими единицами – ты - школьник, ты - студент, ты - военнослужащий…  За этими категориями нужно видеть вполне конкретных людей, индивидуальностей, обладающих определенными нуждами и потребностями. На мой взгляд,  отношение к людям как к индивидуальностям могло бы способствовать снижению уровня алкоголизации и наркотизации в современной России, как бы утопично и наивно это ни прозвучало.

- В настоящее время ФСКН разрабатывает программу «Комплексной реабилитации и ресоциализации потребителей наркотических средств и психотропных веществ». Что вы можете сказать по поводу этой программы?

- Эта программа хороша тем, что пытается объединить все имеющиеся в сфере реабилитации и ресоциализации ресурсы. По крайней мере, та схема, которую я видел, достаточно полно отвечает потребностям зависимого человека. На мой взгляд, государство сделало правильный выбор в пользу сближения с общественными организациями и негосударственными реабилитационными центрами. Другой вопрос, как оно распорядится этим ресурсом. 

- С какими трудностями может столкнуться эта программа? 

 - Главная трудность, на мой взгляд, - это недостаточный уровень подготовки многих специалистов - наркологов, социальных работников, сотрудников правоохранительных органов. И поэтому в каком-то регионе эта программа может сработать очень хорошо, а в других - провалиться. В Санкт-Петербурге, в Москве есть отличные специалисты. Если к опыту, мнению, рекомендациям этих специалистов будут прислушиваться, тогда эта программа будет работать. 

Многое в этой программе строится на том, что человек будет на выбор иметь список центров, куда он может поехать с «талоном на реабилитацию». А ведь на сегодняшний день сертификацию прошли всего пять центров, и только один – в Санкт-Петербурге. Думаю, что многие из негосударственных центров просто боятся контроля со стороны государства, что будет какое-то вмешательство в методики их реабилитации, например.

Цель у программы благая – к 2020 году довести уровень стойких ремиссий продолжительностью более года или двух лет до 30% от общего числа реабилитированных. Это вполне здравая, наверное, даже достижимая цель. При условии, что эта программа будет работать как часы. А как часы она будет работать, если ее реализацией будут заниматься специалисты, говорящие на одном языке.

- Мы сейчас говорим о реабилитации людей, уже попавших в зависимость от наркотиков. А какими, на ваш взгляд, должны быть профилактические меры?

- Если в школах говорить: «Ребята, наркотики – это плохо», то возникает закономерный вопрос: «А почему же тогда их употребляют и говорят потом, что это такой кайф?». Может быть, в школах стоит рассказывать о том, что наркотики действительно могут вызывать кайф, но что последствия этого кайфа могут оказаться самыми плачевными? Хотя, наверное, говорить об этом стоит не самим детям, а педагогам и родителям. Наиболее эффективная первичная профилактика, на мой взгляд, - это работа с семьей, потому что зависимость во многом – это все-таки семейное заболевание. Кроме того, необходима работа с чувствами, мировоззрением, ценностями как подростков, так и их родителей. Проводить эту работу можно в формате семейных групп, тренингов, семинаров, развивающих занятий.

Что касается вторичной и третичной профилактики, здесь тоже можно добиться определенного прогресса. С наркоманом или алкоголиком лучше всего работать, когда он находится в состоянии определенного кризиса. Что может быть этим кризисом?  Например, попадание в полицию. Очень хорошие мотивационные рычаги воздействия есть у социальных служб, потому что они могут лишать своих клиентов родительских прав или пособий. Очень хороший мотивационный рычаг есть у уголовно-исполнительных инспекций. Туда попадают люди, вышедшие из тюрьмы по условно-досрочному освобождению, и условно осужденные – то есть люди, еще не попавшие в тюремную систему или уже вышедшие из нее. 

В такие моменты мотивация наркомана пойти лечиться выше. Есть, конечно, люди, для которых тюрьма становится образом жизни. Но есть и наркоманы, для которых взаимодействие с правоохранительными органами и системой исполнения наказаний может стать хорошим пинком в направлении лечения. Наркоману нужно показать последствия употребления. А тюрьма – это последствие употребления. Отдел полиции – это последствие употребления. Гепатит или ВИЧ – это последствие употребления. Лишение родительских прав – тоже последствие употребления. Главное, чтобы полицейские, сотрудники ФСИН и работники социальных служб могли донести эту мысль до своих «подопечных».

- Бытует мнение, что «наркомана тюрьма вылечит». Так ли это?

-  Карательные меры в борьбе с наркоманией не работают вообще. Хотя для отчетности они работают очень хорошо, наверное. По статистике ФСИН, в 2011 году в исправительных колониях для взрослых сидели за преступления, связанные с наркотиками, больше 120 тысяч человек. Эта цифра растет, начиная с 2005 года.  На мой взгляд, это говорит о том, что тюрьма наркоманов все-таки не лечит. Более того - в криминальном образе жизни, связанном с употреблением наркотиков, попадание в тюрьму может даже поощряться. Это что-то из разряда статуса, из разряда самооценки, из разряда принадлежности к определенной группе.

Есть наркоманы, которые имеют далеко не одну судимость. И приходя, допустим, к нам, они даже не видят причинно-следственной связи между своим попаданием в тюрьму и употреблением наркотиков. И задача специалиста – показать эту связь, сломать отрицание, привести к осознанию того факта, что человек попал в тюрьму не потому, что его туда посадили, а за совершение вполне конкретных преступлений – продажу наркотиков, кражу, разбой, грабеж, - обусловленных употреблением. 

На мой взгляд, система исполнения наказания нуждается в гуманизации. Начать можно было бы с создания реабилитационных отделений для наркозависимых осужденных, например. Тем более что такой опыт в других странах уже есть - в Швеции, в США, в Польше... 

- Если говорить о других странах, нельзя не затронуть тему либерализации наркополотики, допустим, во Франции, в тех же США… 

- В некоторых странах есть места, куда люди могут прийти со своим наркотиком и употребить его под присмотром врачей. С точки зрения государства это, может быть, даже хорошо: снижается смертность от передозировок, ведется борьба с распространением различных инфекций, с ВИЧ в первую очередь. Я отношусь к этому отрицательно: вряд ли это отвечает интересам самого зависимого. 

- Какой, на ваш взгляд, могла бы быть «идеальная» программа помощи зависимым?  

- Увы, но создать такую программу, на мой взгляд, невозможно. Для того чтобы работать идеально, она должна учитывать индивидуальные потребности отдельно взятого наркомана. Любой человек, и история его прихода к употреблению, и история кризиса, подтолкнувшего его к началу лечения, достаточно индивидуальны. В идеале нужно каждому человеку предлагать индивидуальную программу лечения, индивидуальную программу ресоциализации, индивидуальную программу социального сопровождения, чтобы человек мог выбирать: вот этот специалист мне подходит, а вот этот - нет. Но, к сожалению, найти громадный штат специалистов, которые действительно будут работать с зависимыми и искать к каждому из них индивидуальный подход, попросту невозможно.

Интервью взяла социолог Анна Яковлева.

Источник: "РИА Новости - Жизнь без наркотиков".

Фото: Алексей Лахов.
Ключевые слова: поддержка, люди, общество, помощь
comments powered by Disqus

Популярные в рубрике:




Реклама